Феномен Майкла Джексона (часть 3)

Автор: Administrator вкл. . Опубликовано в Рок

Майкл ДжексонКогда Майкла Джексона спрашивали о том, как он создаёт музыку, он каждый раз отвечал, что он не столько создаёт, сколько пытается открыть то, что в природе уже существует. «Песни просто приходят, они создают себя сами. Я просто проводник, канал, через который они приходят, и… это прекрасно, это духовный процесс…Будто стоишь под деревом и позволяешь листку упасть, и пытаешься поймать его… Это приходит мне в голову, я могу просто идти по улице или сидеть на скамейке в Диснейлэнде и есть арахис. И вот она приходит, возникает у меня в голове…Я могу в это время принимать душ… Или просыпаюсь. Так было, когда я написал «Мир – это мы» (“We Are The World”). И песня уже там, целиком и полностью, вся композиция… Вместе с мелодией приходят конкретные слова, в тот же момент, когда она создаётся. И порой я просто становлюсь на колени и благодарю Бога за то, что произошло» (Из записи показаний во время судебного процесса в Мехико в 1993 году). Свою главную задачу Майкл видел в том, чтобы в точности записать ту мелодию, которую он слышал у себя в голове, изображая голосом поочерёдно партии всех инструментов, которые в ней должны участвовать. Он признавал, что это достаточно трудно и иногда ему не удавалось в полной мере передать всё богатство звуков, которые он слышал, как, например, в случае с песней “Wanna Be Starting Something” («Хочу начать что-нибудь»).

Обычно среди вопросов, которые задавали Майклу многочисленные интервьюеры, темам творчества отводилось весьма скромное место, в то время как сам он именно о музыке мог говорить бесконечно. используя при этом множество самых неожиданных сравнений и поэтических эпитетов. «Когда настаёт черёд припева, он должен быть как цветок, раскрывающий лепестки прямо перед вами. Чтобы нарастить звук, нужно добавить и другие звуки, освежающие песню… Проигрыш (bridge) – это то, что переводит вас от куплета в другую часть песни, это уход от повторяющихся партий, он уводит вас от того обычного отрывка, который вы слушаете всё время. Потому что ухо устаёт слушать одни и те же слова… Потом, когда всё это возвращается, и вы снова делаете то, что делали раньше, это звучит куда сильнее, ярче, гораздо ярче…То, что я искал, это огонь, который наращивает песню, он исходит из проигрыша» (из показаний на процессе в Мехико, 1993 г.).

Автобиографическая книга «Лунная походка» (“Moonwalk”) изобилует подробными описаниями характера и истории песен, над которыми работал Майкл. Так, композиция “This Place Hotel” («Тот самый отель») признана автором самой сложной из всех, что он сочинил: «Я работал, преследуя сразу несколько целей – песня должна была получиться такой, чтобы под неё можно было танцевать, подпевать, поражаться или просто слушать. Она была сделана на замедленных звуках рояля и виолончели и оканчивалась на уверенной ноте, чтобы успокоить слушателя: нет смысла пугать человека, если ничто не способно вернуть его назад в целости и сохранности. .. Атмосфера этой песни выдавала мои собственные страхи и в то же время помогала мне перебороть их.»

О чём же они, эти песни, таким необычным образом появлявшиеся на свет? Майкл Джексон, как и всякий другой творческий человек, посвящал своё творчество тому, что его наиболее интересовало, трогало, беспокоило. А беспокоило его буквально всё, что он видел вокруг себя или в новостях. Он пел о голодных, бездомных, несчастных детях, до которых никому нет дела, и потому они погибают физически или духовно, увлекаются мечтой о красивой жизни по голливудским стандартам, попадают в лапы сутенёров и наркодельцов, ибо «безразличие убивает, ножом вонзаясь в душу» (песни “Little Susie”/ «Маленькая Сьюзи», “The Lost Children” / «Потерянные дети», “Hollywood Tonight” / «Голливуд сегодня вечером»). Он пел о том, что современный человек потерял всякие ориентиры в жизни, не знает уже, во что верить и кому молиться, об оскудении любви между людьми, об их патологическом стремлении уничтожать всё вокруг себя, будь то деревья, животные или другие люди, о том, что наша планета становится всё менее пригодной для жизни (“Jam” / «Играть вместе», “Earth Song”/ «Песня Земли», “Whatzupwitu” / «Что с тобой?»). Не стесняется Майкл упоминать и о расизме, вопреки распространённому мнению о том, что он остался в далёком прошлом (“Black Or White”/ «Чёрный или белый», “They Don’t Care About Us” / «Им на нас наплевать», “D.S.”). И о «миротворческих» войнах в «далёкой стране», в которых вновь и вновь гибнут мирные жители и дети становятся сиротами. «Зачем сюда пожаловали эти солдаты? Если ради мира, то почему вместо мира они принесли войну? Только Бог может решать, кому умереть, а кому жить дальше. Они должны услышать это от всех нас. Почему, когда творится произвол, мы молчим, как будто у нас нет голоса? Мы не можем больше молчать! Довольно, с нас хватит!» - таковы слова песни “We’ve Had Enough” («Довольно с нас!»), вышедшей в свет в 2004 году.

Майкл ДжексонПри этом ко всему, что он видел, Майкл относился не как фотограф, но как художник; он очень эмоционально реагировал на окружающую действительность, называя свои песни такими словами как «Крик» (“Shout”), «Плач» (“Cry”), «Вопль» (“Scream”). Ведь он пел не просто о неких проблемах общества, а о боли человеческой. Идея, заключённая в словах песни, получала дальнейшее развитие, приобретая всё новые и новые оттенки в мелодии, танце, сюжете видеоклипа. При помощи видеоклипа Майкл мог сказать очень много, он видел в нём не рекламный ролик для продвижения нового альбома, а настоящий короткометражный фильм, который визуально раскрывает смысл песни, дополняет его. Например, съёмки клипа к «Песне Земли» (“Earth Song”) происходили в четырёх «проблемных очагах» нашей планеты: в беспощадно вырубаемых амазонских лесах, в разрушенной войной Хорватии, в Танзании, где животные массово истребляются браконьерами, и на севере США, где путём поджогов леса предприимчивые дельцы расчищают площади под новое строительство. Вместо профессиональных актёров в съёмках участвовали обычные люди, жители этих мест. А один из двух вариантов клипа на “They Don’t  Care About Us” снимался в беднейших трущобах бразильской столицы, к заметному неудовольствию правительства Бразилии.

Богатый и достаточно сложный язык песен Майкла свидетельствует о том, что их автор – человек читающий, думающий, верующий. В его текстах часто встречаются слова «Бог», «молитва», «проповедь», цитаты из Библии, возгласы наподобие «Господи, помилуй!», есть упоминания об Аврааме, Святой Земле, реке Иордан. Любимая интонация Майкла – вопросительная, в своих песнях он постоянно о чём-то спрашивает, то ли как Незнайка, то ли как Сократ. Вот некоторые из вопросов Майкла Джексона:
Что происходит?
Что мы сделали с нашим миром?
В какой момент мы сбились с пути и устремились к гибели?
Кто я, чтобы притворяться слепым и не видеть чужой боли?
Каково это, всегда чувствовать себя одиноким?
Где вы были, когда ваши дети плакали прошлой ночью?
А вы знаете, где ваши дети сейчас?
Почему мы любим так недолго?

Но Майкл не только поднимает множество вопросов, он вместе с тем и пытается найти ответы на свои вопросы, предложить пути решения обозначенных проблем. Песни-послания, песни-призывы, песни-проповеди, такие как “Man In The Mirror” («Человек в зеркале»), “Heal The World” («Исцели мир»),  “History” («История»), “Keep The Faith” («Не переставай верить»), “What More Can I Give” («Что ещё я могу дать»), стали отличительной чертой его творчества. Обращая внимание на то, насколько окружающий мир жесток и полон горя, цель человеческой жизни Майкл видел ни много ни мало в изменении этого мира, хотя бы на чуть-чуть, в исцелении хотя бы одной из его бесчисленных ран. При этом особо подчёркивалось, как важно не допустить промедления, изменить что-либо прямо сегодня, не откладывая. Предполагаемые средства для достижения такой цели – это средства преимущественно духовные: изменение к лучшему самого себя («если хочешь сделать лучше этот мир, посмотри на себя – и изменись»), постоянство усилий при движении по намеченному пути («каждый день твори свою историю», «заботься о том, что оставишь в наследство»), стремление достичь мира, взаимопонимания. единства в любви с другими людьми, отказ от своих нужд и интересов ради ближнего и, прежде всего, молитва («Мир изменится, если мы все заплачем в одно и то же время сегодня вечером»).

Майкл ДжексонМолитве Майкл придавал совершенно особое значение. В ярких образах своих музыкальных видео, таких как “Earth Song” («Песня Земли») и “Cry” («Плач») он наглядно выражал идею об огромной созидающей силе совместной молитвы за мир. Сам по себе человек может сожалеть о содеянном, желать измениться, пытаться загладить последствия своих поступков, но только Господь, слышащий эти молитвы, может действительно исправить непоправимое. Только Господь воскрешает, ибо нет для Него ничего невозможного.

Только Господь может даровать истинную Любовь. Поэтому даже в песнях Майкла, посвящённых земной любви, отношениям между мужчиной и женщиной, часто встречается мотив благодарности Богу за встречу, ночной молитвы о ниспослании Любви или её сохранении. Любовь для Майкла – понятие священное, это что-то неземное, это дар Божий. Оттого так остро воспринимает он попытки этот дар использовать, оболгать, украсть, подделать. В каждом его альбоме присутствует история о коварной обольстительнице, которая названа каким-нибудь кодовым, нарицательным именем наподобие Билли Джин или Сьюзи, да имя не так уж и важно, ведь история эта не об отдельной личности как таковой, а об искушении. Это искушение одной из самых сильных человеческих страстей весьма трудно вовремя распознать и ещё труднее преодолеть, но лирический герой песен Майкла Джексона его всё-таки преодолевает – осторожностью, рассудительностью в поступках и, опять же, молитвой. В более поздний период творчества Майкла его «галерея женских портретов» дополнилась образами совсем других женщин – любящих, скромных, трудолюбивых, преданных семье, готовых всем пожертвовать ради благополучия своих близких (“Slave To The Rhythm” / «Рабыня ритма», “Keep Your Head Up” / «Выше голову»).

У Майкла Джексона есть среди прочих несколько таких тем и мотивов, которые регулярно повторяются, в той или иной интерпретации переходят из альбома в альбом. Их наличие свидетельствует об эволюции взглядов автора, его подходов к проблеме с течением времени. Например, в видеоклипе “You Rock My World” («Ты перевернула мой мир»), в отличие от более раннего “Smooth Criminal” («Ловкий преступник»), победа достигается героем уже абсолютно без помощи оружия.

Майкл ДжексонК теме криминала Майкл обратился ввиду чрезвычайной популярности её среди американской (и не только) молодёжи, особенно в чёрных кварталах. В основу мини-фильма “Bad” («Крутой») легла история чернокожего студента Эдмунда Перри, который по возвращении из престижного колледжа, где учился, в родной Гарлем был застрелен своими прежними товарищами. Для съёмок в другом видео, “Beat It” («Уходи!»), были приглашены… настоящие бандиты из уличных группировок Лос-Анджелеса. Таким образом, Майкл включается в разговор на тему, воспринимает её язык, но далее происходит неожиданное – он переставляет акценты, делая так, что преступление выглядит уже не привлекательным, а постыдным, проявлением трусости, слабости, неспособности на что-то большее, лучшее… Интересно, что наркобарон из фильма “Moonwalker” («Лунный странник», 1988 г.), планируя захват власти над миром, первым делом желал запретить детям молиться в школах. Очень напоминает современные тенденции в политкорректных странах Европы и Америки.

Если говорить о теме ужасов в творчестве Майкла Джексона, сразу вспоминается пресловутый «Триллер» (“Thriller”). Кажется, что содержание этого мирового хита общеизвестно. Однако «Триллер» - это не только блестящая хореография на актуальную киношную тему, но и призыв задуматься о влиянии кино- и телестрашилок на психику человека. Подтверждение тому можно видеть в тексте песни, сюжете видеоклипа, в иллюстрации из буклета к альбому, выполненной самим автором. На рисунке Его Величество Телевизор тянет к зрителям свои когтистые лапы, с экрана в комнату вползают всевозможные монстры, которые в одном из куплетов песни прямо названы демонами. Майкл (или его герой) пытается помочь сидящему на диване испуганному человечку, освободить его от демонического гипноза, показать, что разыгранное перед ними представление – это не то, чего на самом деле стоит бояться. Но не успевает. Зритель, уже привыкший видеть реальность в кривых зеркалах всевозможных СМИ, наоборот, теперь пугается его самого (тот же мотив присутствует в песнях “Threatened” / «Запуганный», “Ghosts” / «Призраки», “Is It Scary”/ «Это страшно?»). Действительно, трудно не испугаться, ведь столь знакомый публике медиа-образ «Сумасшедшего Джеко», благодаря щедрой фантазии создателей, наделён поистине монстрообразными чертами.

Тему масс медиа в своём творчестве Майкл начинает с намёка: на песню “Leave Me Alone” («Оставь меня в покое»), о решении расстаться с вероломной подругой, было снято видео, наглядно изобразившее все небылицы о Майкле Джексоне, которыми на тот момент пестрили заголовки газет. Но авторы светских хроник, привыкшие оперировать контрастами, а не полутонами, намёки понимают плохо, поэтому заявленная тема вскоре зазвучала громче, приобретая всё более резкие очертания в каждом новом альбоме (песни “Why You Wanna Trip On Me” / «Почему вы ко мне цепляетесь», “Tabloid Junkie” / «Газетоман», “This Time Around”/ «Теперь совсем рядом», “2Bad” / «Слишком плохой», “Privacy”/ «Личное пространство», “Monster”, “Breaking News” / «Горячие новости»). Сначала Майкл искренне недоумевал, почему так много газетного и телевизионного пространства нужно уделять единственно его персоне, тогда как в мире существует столько серьёзных проблем, которые требуют внимания и решения. Но впоследствии, когда к преследованию в СМИ добавились преследование в залах суда и прямые угрозы (не из любви к маскараду Майкл скрывал под масками лица своих детей), стало ясно, что игра идёт по-крупному. С теми, кто привёл всё это в действие, бессмысленно шутить, обращаться к совести или пытаться договориться. Тогда всему потоку клеветы на него, с одной стороны, и готовности в эту клевету поверить, с другой стороны, Майкл противопоставил предельную откровенность своих песен, рассчитывая на то, что песенная правда дольше сохранится – слова рифмованные, положенные на музыку, легче запомнить и сложней переврать. И так, в ответ на все обвинения, он просто пел: «кое-кто пытается меня использовать и манипулировать мной с помощью ложных обвинений», «они думали, что я у них в руках, что они могут меня контролировать», «они пускаются на самые грязные инсинуации, чтобы сломать того, кто им ненавистен, они мечтают его похоронить, и если это удастся, они выразят соболезнования и напишут некролог», «на этот раз я не сдамся, у вас ничего не получится». В песне “D.S.” Майкл прямо называет имя своего обвинителя на самом громком процессе, раскрывает его мотивы, его связи. В другой песне он говорит о некоей единой системе, способной контролировать многое из происходящего вокруг, неограниченная власть которой уже распространилась по всему миру. Он ищет способ, как не стать объектом воздействия этой системы, выйти из подконтрольного ей пространства, скрыться от её вездесущих электронных глаз. Эта песня 2007 года, под названием «Побег» (“Escape”), до сих пор официально не издана.

Такой же откровенностью и автобиографичностью отличается и работа Майкла в кинематографе. В художественных фильмах, где он снимался (“Captain Eo” / «Капитан Ио», “Moonwalker” / «Лунный странник»  и др.), Майкл Джексон играл в основном себя, вернее, какую-то грань себя как личности. В данном случае это говорит не об отсутствии актёрского таланта (будучи подростком, в «Волшебнике страны Оз» он сыграл не себя, и сыграл превосходно), а скорее о его подчёркнутом стремлении всегда и везде быть собой, даже на сцене, даже в кино. Это как нежелание выступать под псевдонимом. Героя Майкла Джексона в фильме могут звать только Майклом… Или Агентом Эм Джей… Или Маэстро… Или Мэром… Маэстро и Мэр – два главных героя-антипода небольшого, но очень содержательного и глубокого по смыслу фильма “Ghosts” («Призраки»). Майкл сам исполнил обе эти роли, видимо, памятуя о том, что главная борьба в жизни человека происходит не с внешним врагом, а с самим собой.

Майкл ДжексонВ начале фильма группа жителей небольшого городка из Нормальной Долины, возглавляемая Мэром, осторожно прокрадывается на территорию заброшенного замка, где поселился таинственный незнакомец Маэстро, который своими загадочными трюками то ли веселит, то ли пугает окрестных мальчишек. Обитатель замка встречает их в своей экстравагантной манере. Мэр излагает всю суть своих претензий к нему в одной ёмкой фразе: «Ты странный. Ты чужой. И ты мне не нравишься», - и настоятельно требует убираться восвояси, угрожая в противном случае применить силу. В ответ Маэстро предлагает сыграть в своеобразную игру: кто из них первый испугается, тот и покинет город. Себе на подмогу он вызывает компанию безобразных, похожих на оживших мертвецов, привидений, после чего участников противостояния становится поровну.

Игра началась… Камера всё время меняет свой ракурс, попеременно показывая присутствующих то с одной, то с другой стороны, и становится ясно, что у каждого в зале есть свой «двойник». Каждый горожанин может увидеть в ком-то из призраков отражение себя, своей тёмной, неприглядной стороны. Ведь тьма, как и призрак, не существует в реальности, она есть не более чем отсутствие света. В итоге Мэр проиграл, он испугался первым, причём испугался самого себя, увидев в зеркале свою истинную сущность.Жители города тоже напуганы этой страшной правдой, они закрываются от неё ладонями, затыкают свои уши. Тогда Маэстро, переворачивая и опуская гуляющих по потолку призраков обратно на чёрно-белый клетчатый пол, показывает, что правда – это не приговор, а побуждение к действию, что это безобразие ещё можно исправить, человек, пока жив, ещё может преобразиться и стать таким, каким он призван быть.

Но, похоже, самым главным призраком в фильме является Смерть. Несколько раз в том или ином обличье она выходит на сцену, и неизменно зритель понимает, что она ненастоящая. Даже в те пронзительные моменты, когда у всех на глазах Маэстро, вернее, его «физическая оболочка», падает на пол, начинает в  буквальном смысле разрушаться и вскоре исчезает. Расставание оказалось недолгим, и новая встреча явилась для Мэра ещё ужасней, зато всем остальным принесла радость, не оставив и следа от прежних страхов, над которыми теперь можно даже посмеяться, ведь наши фобии тоже по сути своей всего лишь фантомы, плод нашего воображения.

Майкл ДжексонМайкл Джексон с лёгкостью и интересом открывал для себя всё новые и новые жанры. «Я люблю творчество и думаю, что художник занимается новым видом искусства, когда в состоянии выразить себя по-новому», - говорил он в 2005 году в интервью Джеральдо Ривьере. При подготовке серии концертов “This Is It” он хотел связать воедино музыку, танец, театр, кино, цирк, использовать по максимуму все доступные ему выразительные средства. Причина такого масштабного подхода в том, что проект этот был задуман Майклом не просто как триумфальное возвращение на сцену после долгого перерыва в гастролях, но в первую очередь как эффективный способ привлечения внимания к тому, что он хочет сказать всей своей жизнью и всем своим творчеством, возможность передать своё сообщение как можно большему количеству людей.

Майкл ДжексонПоразительна быстрота, с которой Майкл осваивал каждый новый для себя вид искусства: вот он робко делает первые шаги, а вот спустя короткий промежуток времени он уже чувствует себя как рыба в воде и способен удивить чем-то смелым и необычным. Свою первую книгу, автобиографию под названием “Moonwalk” («Лунная походка»), он написал в 1988 году, в значительной мере опираясь на помощь других людей, которые помогали ему облечь свои мысли в литературную форму, систематизировали и редактировали материал. А вышедший в 1992 году сборник стихов и размышлений “Dancing The Dream” («Танцуя мечту») уже полностью создан самим Майклом. Работа получилась серьёзной, разноплановой и очень проникновенной. Название книги отражает особое отношение Майкла к танцу, который всегда занимал очень важное место в его жизни. В миниатюрах «Танец жизни» и «Небеса здесь» он делится с читателем своим сокровенным пониманием танца как воплощения чистой радости бытия, благодарности всего создания Создателю за дарованную жизнь. Свой танец у дельфинов, свой танец у солнца, играющего лучами, свой танец у звёзд. Даже тишина, по мнению Майкла, имеет свой собственный танец: «Мой танец – весь движение снаружи, весь тишина внутри. Я люблю воспроизводить музыку, но именно неслышная музыка никогда не умирает. Так и тишина – мой истинный танец, хоть в нём и нет движения». На  страницах своей книги автор рассказывает также удивительные притчи о рыбке, которая хотела пить, о мальчике, которого отец послал в город продать подороже шёлковую подушку и о том, почему слоны спят стоя. Ещё он за десятилетие предсказывает «антитеррористические» военные операции США на Ближнем Востоке, признаётся, что часами мог рассматривать изображения ангелов в книгах и мечтал увидеть их наяву, восхищается заключённой в слове «мы» тайной единения, размышляет о любви, невинности и чудесах, показывает, сколь многому могут научить нас дети. Есть в книге Майкла и такие слова:
«Я был рождён, чтобы никогда не умирать…
Чтобы говорить правду и никогда не лгать,
Чтобы быть свободным
И без сожаления делиться своей любовью»

Добавить комментарий


Защитный код
Обновить